Чем отличается молитва и заговор

Новая статья: чем отличается молитва и заговор на сайте святая-молитва.рф - во всех подробностях и деталях из множества источников, что удалось нам найти.

Молитва или заклинание?

Например, все ли смогут правильно ответить, чем христианская молитва отличается от магического заговора и заклинания? Там и тут произносится словесная формула, там и тут требуется вера произносящего, то и другое предполагает нечто невидимое и сверхъестественное. Есть ли вообще отличие, если маги иной раз упоминают имя Божие, а бывает, что произносят и самые что ни на есть церковные молитвы?

Попытаемся ответить на этот вопрос.

Сначала уточним, что заговор и заклинание – оккультные словесные формулы, имеющие определенное различие. Заговор предполагает технико-магическое воздействие в силу самой произнесенной формулы. Это словесное выражение, в котором запечатлена вера человека в какое-то лучшее для него изменение. Например, человеку хочется выздороветь, встречаться с понравившимся лицом противоположного пола, иметь хороший финансовый достаток, избегать дурного наваждения – все это высказывается в заговоре с надеждой, что получится в силу самого произнесения. Есть даже заговоры, которые вошли в нашу речь, прижились в нашей культуре. Так, мама, потирая у ребенка ушибленное место, приговаривает: «У сороки заболи, у собаки заболи, а у Машеньки пройди». Дело, конечно, не в том, что сороки и собаки почему-то обязаны отдуваться за наши оплошности, а в том, что человеку хочется как-то снять неприятность с помощью словесного действия, отвести от себя или своего близкого беду. Таков заговор.

Заклинание же есть императив, повеление, требование, направленное, например, к невидимым духам и имеющее принудительный характер. Но в целом можно обобщить эти понятия, поскольку часто заговор и заклинание выступают как синонимы. Итак, всякое заклинание (заговор) представляет собой последовательность слов или звуков, за которыми признается магическая сила. Заклинаниями пытаются добиться того, чего не достичь обычными человеческими усилиями: повлиять на погоду, урожай, самочувствие и т.д.

Что же, скажет кто-нибудь, составил себе заклинание, придумал обряд и уже добьешься всего, чего хочешь? Нет. Опытные маги ответят, что новых-то заговоров и заклинаний сейчас составляется много, только все они малоэффективны. Старые заклинания закреплялись опытом жизни мага, то есть его явным или тайным взаимодействием с темными силами, и его смертью как некоей печатью.

Молитвы же освящены опытом жизни святых людей. Христианские подвижники обрели богообщение посредством молитв, в опыте своей духовной жизни они создали молитвы, наиболее располагающие душу к общению с Богом. Поэтому, произнося составленные ими молитвы (они собраны в православных молитвословах), мы восходим к Богу тем же путем, что и святые.

В магии считается, что заклинательная формула чудесна сама по себе, смысл слов далеко не всегда имеет решающее значение. Допустим, в средние века заклинания произносились в основном по латыни, которую произносящий не обязательно знал. Всем нам известное слово «абракадабра», означающее для нас простую бессмыслицу, перешло из старинного магического заклинания. Оккультисты считают, что слова обладают скрытым смыслом, как бы неким кодом, дающим доступ к законам окружающего нас мира. Этот скрытый смысл известен только «избранникам», способным составлять новые заговоры и заклинания. Тот же, кто не знает потаенного смысла, может употреблять составленные формулы, которые якобы помогут верящему в их эффект.

Заговор близок к мантре, в которой важен не столько явный смысл, сколько точное воспроизведение звуков и каждый звук считается наделенным мистическим значением. В христианстве же молитвенное обращение и служение Богу является осмысленным, здесь на первый план выдвигается тот очевидный, непосредственный смысл, который вложен в молитву. «Пойте Богу нашему, пойте… пойте разумно» (Пс. 46: 7–8), – читаем мы в священной книге Псалтири. Молитва должна быть разумной, то есть произноситься осознанно и осмысленно. Где Бог, там смысл и порядок. Где нет благодати Божией, там бессмыслица, хаос и всякое неустройство. Представим себе человека, который пришел к руководителю и начинает произносить то, чего сам не понимает, – выслушают ли его? Представим, что он заготовил словесную формулу и проговорил ее без всякого осознания, словно магическое заклинание, – подействует ли это на руководителя? Молитва потому должна быть осмысленной, что она предполагает личностное общение – обращенность ума и сердца человека к Богу, Который видит все тайники нашей души.

Впрочем, нам могут возразить, что в современных, а не средневековых, заговорах изложены вполне осмысленные просьбы (хотя «абракадабра» употребляется до сих пор), стало быть, и в магии человек понимает то, что произносит. Даже если и так, кардинальным различием является то, что люди с магическим сознанием надеются на текст заговора сам по себе, на его звуковое воспроизведение как запуск невидимого механизма, тогда как христиане надеются не на текст, а на Бога, к Которому обращаются в своих молитвах, Который слышит и потому может помочь.

Некоторых людей подкупает в заговорах то, что и там присутствуют молитвенные упоминания Христа, Божией Матери, заимствованные из православного молитвослова. Действительно, во многих заговорах есть вполне православные речевые обороты, а некоторые начинаются подчеркнуто благочестиво: «Стану я, благословясь, пойду, перекрестясь…» (во многих же случаях более откровенно: «Стану я, не благословясь, пойду, не перекрестясь»). Но обрывки молитв встречаются в заговорах подобно тому, как в уличных сплетнях встречаются обрывки истинных слов или в речи сквернослова – благозвучные выражения. Оккультисты могут упоминать даже «Отче наш», но они же обращаются к воде, глине и прочим принадлежностям тварного мира – таково язычество, приукрашенное близкими душе человека христианскими символами.

Весьма интересный эпизод есть в книге М. Шолохова «Тихий Дон», когда Аксинья пыталась освободиться от любви к Григорию, обратившись к бабке:

«– Тоскую по нем, родная бабунюшка. На своих глазыньках сохну… Может, присушил чем. Пособи, бабунюшка.

Светлыми, в кружеве морщин, глазами глядит бабка Дроздиха на Аксинью, качает головой под горькие слова рассказа…

– Придешь, бабонька, пораньше завтра. Чуть займется зорька, придешь. К Дону пойдем, к воде. Тоску отольем. Сольцы прихвати щепоть из дому…

С рассветом Аксинья, не спавшая всю ночь, – у Дроздихиного окна…

По проулку спускаются к Дону. У пристани, возле мостков, мокнет в воде брошенный передок арбы. Песок у воды леденисто колок. От Дона течет сырая, студеная мгла.

Дроздиха берет костистой рукой Аксиньину руку, тянет ее к воде.

– Соль взяла? Дай сюды. Кстись на восход.

Аксинья крестится. Злобно глядит на счастливую розовость востока.

– Зачерпни воды в пригоршню. Испей, – командует Дроздиха.

Аксинья, измочив рукава кофты, напилась. Бабка черным пауком раскорячилась над ленивой волной, присела на корточки, зашептала:

– Студены ключи, со дна текучие… Плоть горючая… Зверем в сердце… Тоска-лихоманица… И крестом святым… Пречистая, Пресвятая… Раба Божия Григория… – доносилось до слуха Аксиньи.

Дроздиха посыпала солью влажную песчаную россыпь под ногами, сыпанула в воду, остатки – Аксинье за пазуху.

– Плесни через плечо водицей. Скорей!

Аксинья проделала. С тоской и злобой оглядела коричневые щеки Дроздихи.

И крестное знамение с именем Божиим, и студены ключи с домашней солью и речной водой, и надежда на сам ритуал без личного осмысленного участия – все здесь упомянуто. Правда, оказалось все это для самой Аксиньи вполне бездейственным.

В настоящее время, имитируя некую научность, оккультисты говорят, что заговоры и заклинания – это способы концентрации энергии воли мага, которая направляется к поставленной цели при помощи словесных формул, это всего лишь некая самонастройка экстрасенса и не более того. Крестное знамение современные оккультисты объясняют как энергетическую самозащиту с выявлением собственного биополя. Таким образом, людей с магическим сознанием не интересуют ни Бог, ни молитва к Нему. Если же говорить о подлинном смысле христианской символики и молитвы, то крестное знамение есть, прежде всего, символ Креста, на котором Господь был распят за грехи всего мира. И потому крестное знамение приобщает христианина к победе Господа над диаволом и нашими грехами. Истинная же молитва есть личное обращение к Тому, Кто Сам личен. Христианская молитва есть предстояние пред Богом Живым, Который тебя видит и слышит, Который укрепляет и помогает. Молитва не может быть обращением к бездушным предметам, ибо они не слышат и не в состоянии духовно помочь. Конечно, существуют святые предметы, то есть освященные благодатью Божией. Но когда батюшка, например, освящает воду, то, осеняя ее крестом, он обращается все-таки к Богу: «Ты, Господи, прииди и ныне наитием Святаго Твоего Духа и освяти воду сию». Обращаясь в специальной молитве к животворящему Кресту, мы обращаемся тем самым к распятому Господу. Для христианина молитва есть златая связь с Богом, она – жизнь нашей души и сокровищница всевозможных благ, потому что в ответ на горячую молитву Господь наделяет христианина Своими милостями.

Всякий заговор соответствует вообще идее оккультизма, колдовства. В колдовстве человек пытается удовлетворить свои индивидуальные, корыстные желания, не соизмеряя их со своим вечным спасением. Он хочет сейчас и здесь добиться успеха, хорошего урожая, удачи в личных делах, благосклонности любимого человека, отмщения врагу и т.д., не задумываясь, спасителен ли сам способ, согласуется ли преследуемая цель с волей Божией. Это желание достичь «своего» любыми средствами, пусть даже с ущербом для своей будущей участи, – вот главная идея всякого заговора или заклинания. В молитве же человек, даже испрашивая что-то очень важное в смысле земном, все равно вверяет себя в руки Божии, предает исполнение просимого Богу, исходя из принципа: а будет ли просимое полезно, не помешает ли оно духовному преуспеянию человека, соответствует ли оно воле Божией?

Если молитва есть просьба, обращенная к Богу, Пресвятой Богородице или святым, и, значит, молитва предполагает добровольность отклика, то произносящий заклинание не ждет ни от кого ответа: само заклинание считается имеющим принудительную силу к достижению желаемого. Например, для привлечения денег в современной магии рекомендуется вечером того дня, когда набралось 10 сэкономленных монет по 1 рублю, зажечь две свечи, между ними поставить стеклянный сосуд и, наполняя его освященной(!) водой, приговаривать: «Пусть наполнятся карманы, деньги пусть придут в мой дом так же скоро, как сосуд наполняю я водой» (заклинания часто произносятся в рифму). Затем берут монеты по одной и, бросая их в воду, читают заклинание по одной фразе на каждую монету: «Желаю здоровья. Желаю успеха. Желаю счастья. Желаю богатства. Желаю золота. Желаю серебра. Желаю изобилия. Желаю помощи. Желаю, чтобы деньги пришли в мою жизнь. Я желаю этого, так тому и быть». Свечи оставляют догорать, а утром окропляют водой из сосуда углы своего жилья и оставшуюся воду выливают на порог.

Приведенный пример заклинания ясно показывает, что в магии все основано на принципе «да будет воля моя», «да исполнится моя воля посредством заклинаний и магических действий». В молитве же все основано на принципе, который выразил Христос в Гефсиманском молении: «Не Моя воля, но Твоя да будет» (Лк. 22: 42). В заклинании маг верит в достижение желаемого: «я выполнил ритуал – и я получу желаемое». В молитве же христианин верит Богу, Который может подать просимое, если это полезно душе просящего.

Итак, в магических заклинаниях человек пытается максимально удовлетворить себе, своим страстям и приземленным потребностям, а в молитве человек стремится осуществить в личной жизни то, что соответствует Божиему Промыслу. Промысл же Божий ищет в человеке максимального раскрытия добра и соответственно доброго отношения ко всем остальным людям. Не земной прибыток или беспечальная жизнь ставятся главной целью в молитве. В конце концов, даже не важно, подаст ли Господь человеку что-то земное по его молитве – важной является сама молитва как общение с Богом. Об этом хорошо писал преподобный Иоанн Лествичник: «Долго пребывая в молитве и не видя плода, не говори: я ничего не приобрел. Ибо самое пребывание в молитве есть уже приобретение; и какое благо выше сего – прилепляться ко Господу и пребывать непрестанно в соединении с Ним»[ii].

Кроме того, в заклинаниях вообще не важно, насколько чисто сердце человека, главное – точно воспроизводить магические действия и внутренне настраиваться на достижение желаемого. В молитве же все зависит от того, что содержится в сердце молящегося, насколько он внимательно, нерассеянно молится. Поэтому молитва предполагает нравственное усилие, преодоление в себе греховных движений и той лености, которая парализует душу на ее пути к Богу. Святитель Феофан Затворник писал: «Ревнуя о спасении, все внимание должно обращать на устроение сердца или на впечатление в нем истинно христианских чувств и расположений… Ибо чего нет в сердце, того и на деле нет. Если нет веры в сердце, то ее совсем нет, хотя бы кто писался православным. Если нет воздыханий в сердце, нет их и совсем, хотя бы кто воздух колебал или бил себя в перси. Если нет страха Божия в сердце, нет его и совсем, хотя бы кто видом казался исполненным благоговения. Если нет чистоты и отрешенности в сердце, нет их и совсем, хотя бы кто чист был телом и ничего не имел из благ мира. Если не бывает человек сердцем в храме, нет его здесь и совсем, хотя бы он тут стоял телом. Так, все надо совершать сердцем. Сердцем любить, сердцем смиряться, сердцем к Богу приближаться, сердцем прощать, сердцем сокрушаться, сердцем молиться, сердцем благословлять и прочее и прочее… Ибо каков кто в сердце, таковым зрит его Бог с высоты Своего престола и соответственно тому принимает его»[iii].

Все только что сказанное подводит к объяснению, почему некоторые оккультисты используют вполне церковные молитвы. Тексты-то употребляются церковные, а идея произнесения их – оккультная. Для самого мага, даже если произносится молитва, она собственно молитвой уже не является, а только заклинанием, в котором он вовсе и не обращается к Богу, так как считает, что само произнесение затронет нужные невидимые нити. Для оккультиста молитва есть лишь магическая формула, вид словесной энергии, действующей в силу самого произнесения. Не от Бога ожидается ответ – маг не способен благоговейно обратиться к Богу, – а эффект ожидается от словесной формулы самой по себе, от заключенной в ней, по мнению мага, энергии. Поскольку же при бессмысленном повторении слов молитвы нет живого обращения к Богу, этого человека легко искушают демоны, которые дают ему особые чувства, эмоции и создают видимость эффекта от оккультного употребления молитв.

В заключение вспомним слова святителя Иоанна Златоуста: «Будем искать спасения не каким-нибудь образом и избавления от бедствий не как бы то ни было, но от Бога. Говорю это к тем, которые во время болезней употребляют заклинания и прибегают к другим чародействам для облегчения болезни. Это значит искать себе не спасения, а погибели, потому что величайшее спасение есть то, которое получается от Бога»[iv].

Подпишитесь на рассылку Православие.Ru

Рассылка выходит два раза в неделю:

  • В воскресенье — православный календарь на предстоящую неделю.
  • В четверг — лучшие тематические подборки, истории читателей портала, новые книги издательства Сретенского монастыря.
  • Специальная рассылка к большим праздникам.

Оккультная безопасность – IX. Молитвы и заговоры

Канонические и неканонические тексты

Обычному человеку, далекому как от активной церковной жизни, так и от оккультизма и всего, что с этим связано, трудно в этом разобраться. Известно, что далеко не все священные тексты являются признанными официально, на уровне конфессии. Такие тексты называют апокрифическими (от греческого апокрифос – тайный, подложный), т.е. отвергнутыми на уровне целостного церковного учения, неканоническими.

В течение мнгогих веков христианская церковь боролась и продолжает бороться с неканоническими (читай – еретическими) текстами всеми возможными способами, включая прямые репрессии – физическое уничтожение как самих таких текстов, так их носителей и пропагандистов. В этом смысле можно сказать, что именно церковь являлась и является организацией с весьма жесткой цензурой. За хранение и тем более распространение апокрифических текстов в древние времена наказывали смертью. Немалое количество русских людей было брошено в ямы и сожжено во времена т.н. никоновской реформы и столетия после – даже за простое хранение «отреченных» книг [1].

Признанными (каноническими) являются только четыре евангельских текста – от Матфея, Марка, Луки и Иоанна [2]. Именно эти тексты издаются Церковью под общим названием Евангелие. Первые три текста называют синоптическими, они содержат много параллельных мест и были отдельно изданы впервые Иоганном Яковом Грисбахом в 1776 г. под заглавием Синопсис [3]. Евангелие от Иоанна значительно отличается от прочих текстов и по некоторым данным было записано на несколько лет поздее прочих – в качестве дополнения. Состав книг Священного Писания (куда вошли эти четыре Евангелия) был окончательно зафиксирован Церковью только в IV веке, т.е. спустя несколько сотен лет после Рождества Христова. До этого момента не существовало сколь бы то ни было точного мнения о том, в какой степени тот или иной текст является каноническим.

Помимо известных всем канонических текстов существует несколько апокрифических евангелий: от египтян, от ессеев, от Петра, от Марии, от Никодима, Филиппа, Иуды, Фомы и другие.

На иллюстрации – страница папируса с текстом Евангелия от Иуды.

Например, из текста Евангелия от Иуды [4] следует, что Иуда Искариот вовсе не был предателем Христа. Напротив, он всегда поступал точно так, как велел ему Учитель. Именно Христос, как следует из текста, велел ему рассказать о своем местонахождении. В этом же тексте прямо указывается на то, что Иуда был избранным Христом среди всех, наиболее посвященным.

Задачей данной статьи вовсе не является идея оспорить апокрифичность Евангелия от Иуды. Дело в другом: сложившиеся религиозные мнения оказывают влияние на все сферы жизни человека, считающегося с этими мнениями. Например, мнение об Иуде как о величайшим предателе всех времен, имело множество последствий, о которых мало кто вообще задумывался. Например, дерево осина считается «нечистым» именно потому, что на осине якобы повесился предатель-Иуда. И это предположение, надо заметить, весьма сомнительно, хотя бы в силу естественно-научных данных. Если говорить о том, что Иуда повесился на дереве, то это, скорее, могла быть акация или смоковница, а совсем не береза или осина. Тем не менее, после введения на Руси христианства отношение к осине претерпело существенные изменения, а стопка в 30 монет стала считаться несчастливой. Почему именно 30 сребреников якобы получил Иуда за предательство? Просто потому, что по мнению канонизаторов текста этой суммы было достаточно для приобретения участка земли за городом. Т.е. канонизаторы сочли сумму «существенной».

На иллюстрации – страница средневекового часослова герцога Беррийского с иллюстрацией на тему самоубийства Иуды.

Представьте, что в процессе споров канонизаторов «деревом Иуды» на Руси выбрали бы березу. Это наверняка бы привело к запрету добычи березового сока, использования бересты для изготовления предметов обихода, а также… березовых веников. А ослушников можно было бы жечь на кострах, как «последователей Иуды»… В Польше на полном серьезе считают, что Иуда повесился на рябине. И это тоже вряд ли соответствует действительности. Но поляки к рябине относятся весьма настороженно. Данный пример – попытка подтолкнуть вдумчивого читателя к самостоятельным размышлениям.

Почему Церковь вносила и вносит цензуру в тексты? Потому, что Церкви вообще не нужны люди думающие. Церкви нужна паства – покорное стадо, согласное безропотно передать пастырям функции посредника между Богом и людьми. Свое стадо пастыри сотнями лет внимательно и тщательно «пасут» – придумывают правила и каноны, разрешают, запрещают и… наказывают.

Среди немалого количества жизнеописаний Христа именно люди (священники и собрания иерархов – соборы) выбрали только те, которые в наибольшей степени соответствовали уже сложившемуся мнению, и в наименьшей степени противоречили этому мнению и друг другу. Церковь с первых веков нашей эры взяла на себя роль цензора, отсекая неугодные тексты, объявив их апокрифическими. И это несмотря на то, что подлинность апокрифов иногда не вызывала сомнений. Неугодные тексты столетиями уничтожались. Но не все – очень много апокрифов хранится в библиотеке Ватикана, но доступа к ним, понятное дело, нет.

В настоящее время и в других странах, и в нашей стране неканонические тексты периодически издаются. Церковь уже не в силах остановить этот процесс, поскольку ослабли реальные рычаги давления – сращивание с государственной властью. При этом РПЦ МП в частности всячески стремится эти рычаги полностью восстановить, получив возможность не только введения новой церковной цензуры, но и неких карательных возможностей для сведения счетов с «бунтарями» и «отступниками». Этот процесс хорошо заметен на примере истории с Pussy Riot. Общую же кризисную ситуацию в верхних эшелонах РПЦ МП иллюстрирует история с “патриаршими часами”. У пастырей нет никакого стремления к скромности, но “сделать вид” всегда поможет проповедь с правильными словами и. графический редактор.

Издается огромное количество всевозможных сборников, часто озаглавленных «Молитвенный Щит» или «Молитвенный Покров». В подобные сборники попадают и так называемые редкие молитвы, происхождение которых вообще неизвестно.

Существует всего одна молитва, данная Христом – «Отче наш». Автором многих псалмов является небезызвестный царь Давид – реально существовавший человек, причем далеко не «простой», посвященный, царствовал в Иудее 40 лет (ок. 1005 — 965 до Рождества Христова). Все остальные молитвы придуманы обычными людьми – последователями вероучения Христа и священниками. Причем это не случилось одномоментно. На протяжении становления христианства канонизировались многочисленные святые, и после канонизации появлялись специальные молитвы, обращения и песнопения (тропари и акафисты) [5]. В новейшей истории православия так случилось после канонизации Матроны. В настоящий момент существует особая молитва к св. Блаженной Матроне Московской.

Но таким ли важным является соблюдение точности придуманного кем-то текста новой молитвы или песнопения, или важнее искренность обращающегося за помощью человека, его душевный настрой? Можно ли получить помощь святого, обращаясь к нему хоть и «своими словами», но всей душой? Конечно. Получается, что Церковь, как организация-посредник между людьми и Святостью сама придумывает правила и сама же строго контролирует их выполнение. И так происходит уже не одно тысячелетие.

Чтение молитв из молитвенников никакого вреда читающему, конечно, не принесет. Но если спросить у священника на исповеди, можно ли, к примеру, читать молитвы от порчи, приведенные в книге «Молитвенный Щит» по благословению Епископа Задонского Никона, то ответ, скорее всего, будет отрицательным. Церковь не признает наличия порчи, поэтому и «молитв от порчи» по мнению Церкви быть не может. На православных сайтах и форумах этот сборник громят вовсю, обзывая сам текст псевдохристианским, а благословение «липовым». Вероятно, сборник этот и в самом деле не является каноническим, между тем целители, надо заметить, спокойно его используют. Потому как – действенно, работает.

Спрашивается – как отличить действенную молитву от порчи, сглаза, болезни и т.д. – от прочих? А никак. Это знают те, кто использует такие тексты в работе – знахари, целители. Помимо простого чтения требуется еще много чего, что в сборниках не написано. В обиходе лучше ограничиться следующими молитвами:

Молитва «Отче наш»

Подробно описана в отдельной статье «Отче Наш. Молитва Господня»

Молитва Богородице

1Богородице Дево, радуйся, 2Благодатная Марие, Господь с Тобою; 3благословена Ты в женах и благословен Плод чрева Твоего, 4яко Спаса родила еси душ наших. [6]

Молитва «Символ Веры»

1Верую во единаго Бога Отца, Вседержителя, Творца небу и земли, видимым же всем и невидимым. 2И во единаго Господа Иисуса Христа, Сына Божия, Единороднаго, Иже от Отца рожденнаго прежде всех век; Света от Света, Бога истинна от Бога истинна, рожденна, несотворенна, единосущна Отцу, Имже вся быша. 3Нас ради человек и нашего ради спасения сшедшаго с небес и воплотившагося от Духа Свята и Марии Девы, и вочеловечшася. 4Распятаго же за ны при Понтийстем Пилате, и страдавша, и погребенна. 5И воскресшаго в третий день по Писанием. 6И возшедшаго на небеса, и седяща одесную Отца. 7И паки грядущаго со славою судити живым и мертвым, Егоже Царствию не будет конца. 8И в Духа Святаго, Господа, Животворящаго, Иже от Отца исходящаго, Иже со Отцем и Сыном спокланяема и сславима, глаголавшаго пророки. 9Во едину Святую, Соборную и Апостольскую Церковь. 10Исповедую едино крещение во оставление грехов. 11Чаю воскресения мертвых, 12и жизни будущаго века. Аминь. [7]

Подробно описан в отдельной статье «Живый в помощи Вышняго».

Вывод, который можно сделать из данной главы: все молитвы, за исключением «Отче Наш», на которую прямо ссылаются два Евангельских текста (от Матфея и от Луки) не были даны Свыше изначально. Они были придуманы людьми, христианами, в процессе утверждения христианства как целостного религиозного учения. Говорить о «действенности» или «недейственности» молитв не имеет особого смысла. Все зависит от душевного состояния, личной силы (энергетики) произносящего молитвы человека. По свидетельству современников Иоанна Кронштадтского, его молитвенное обращение было очень сильно. Но дело заключалось, очевидно, не в текстах, а в самом священнике. Подробно об Иоанне Кронштадском см. в отдельной статье «Целительство и Церковь».

Молитвы и заговоры

Наиболее странно выглядят сборники, озаглавленные «Молитвы и заговоры». В них обычно дается последовательность выполнения самостоятельных обрядов, а также тексты молитв и заговоров. В таких сборниках под видом молитв могут даваться заговоры. Отличить молитву от заговора часто может только оккультный специалист или квалифицированный лингвист.

Например, в одном подобном сборнике читаем: «Обряд-оберег на счастье молодым, от порчи, зависти и измен».

Для проведения обряда необходимо: иконы «Господь Вседержитель», «Богородица Умиление», «Святые мученики Евстафий Плакида и Евфимия»; свечи – 4 шт.; черная молитвенная скатерть; черное молитвенное полотно; родовой рушник невесты; постельное белье приданого; медная цепь; спички.

Далее следует подробное описание обряда. Вступительное обращение (озаглавленное «молитвенное обращение») просто выдумано автором сборника, что очевидно из довольно нескладного текста. Затем читаются молитвы к Богу Сыну (так написано в сборнике), Богородице, святым мученикам. А в конце – заговор, заканчивающийся так: «Дело и слово мое сказано и поделано у Божия Престола в час благой от первой брачной ночи.»

Тут, как говорится, занавес. Серьезная порча молодым обеспечена. Иконы, свечи, черные полотна, медная цепь, родовой рушник. Причем все это объединяется в единый обряд явно приворотного типа. Никакая это не благодать, что очевидно. Но люди покупают, читают, а некоторые и выполняют обряды, вероятно.

Можно ли следовать рекомендациям, данным в подобных сборниках? Конечно, нет. Любое магическое, и тем более обрядовое действие, требует выполнения следующих важных условий:

1. Наличие посвящения или хотя бы личной силы у выполняющего обряд.

2. Разрешение Свыше на выполнение магических обрядов вообще.

3. Разрешение Свыше на выполнение обрядов принуждения в частности. А приведенный выше пример призван ограничить свободу молодых (на верность и от измен), т.е. является обрядом принуждения, приворотом.

4. Необходимость учета многих дополнительных составляющих, например, фазы Луны. Об этом в сборнике вообще нет ни слова, но такие факторы немаловажны. Если подобный обряд будет выполнен на убывающую Луну, то финал отношений не замедлит проявиться еще быстрее. Вместо «жили долго и счастливо» получится «жили плохо и недолго».

5. Необходимость жертвы (платы) за срабатывание магического обряда, не бывает магии без жертвы. Закон сохранения энергии никто не отменял, поэтому из ничего не получится «чего». Даже произнося молитву в церкви молящийся жертвует – на храм, покупает свечи, делится своей энергией и т.д. Магический обряд не является просто молитвой-пожеланием. Чем, интересно, выполнящий подобный обряд предполагает расплатиться за защиту от порчи и приворотное «отсутствие измен»? Своим здоровьем?

Можно ли вообще получить хороший результат какой-либо сложной работы, просто следуя описанию? Сомнительно. Это напоминает историю главного героя фильма «Морфий» [8], которому удавалось выполнять сложнейшие медицинские операции, просто следуя иллюстрациям, приведенным в энциклопедиях. Удавалось… Но только тогда, когда герой находился в измененном состоянии сознания, под дозой морфия. Надо ли говорить, что врач-морфинист закончил в результате плохо?

Из предыдущих глав мы уже усняли, что огромное большинство текстов, называемых молитвами, придумали сами люди. Это было сделано людьми высокодуховными, по наитию, озарению. Причем в особом, возвышенном состоянии сознания. Именно поэтому молитвы и помогают – правильно сформулированное обращение к Высшим Сущностям оказывается гораздо более результативным. Особенно в том случае, если у простого молящегося не достает силы или твердости духа, чтобы «достучаться до небес». Молитва, являясь точным и неизменным звуковым кодом, произносимая многими людьми на протяжении столетий, имеет свойство «накапливать», аккумулировать силу обращения.

Однако, если человек обращается к Высшим Сущностям за помощью, но «своими словами», не зная молитв – получит ли он помощь? Конечно, особенно в том случае, когда обращение выстраданное и искреннее.

Теперь о заговорах. Тут все происходит как раз наоборот. Часто произносимый заговор «замыливается» и теряет силу. Почему это происходит? Давайте разберемся.

Заговор является результатом индивидуального (подчеркиваем) творчества одного человека – колдуна, знахаря, целителя. Заговоры тоже могут быть результатом озарения, влияния неких сил – темных или светлых, в зависимости от цели. Но чаще всего заговоры получают методом проб и ошибок, практической работы, а это процесс небыстрый. Но вот, наконец, специалист доводит заговор до совершенства, вышлифовывает его тщательно, как драгоценный камень огранки кабошон. В этот заговор вложен не только опыт специалиста, не только значительное количество его личного времени, но и часть его жизненной энергии. Как вы думаете, появится ли такой заговор в печати? Разумеется, нет. В том числе потому, что настоящий специалист не может себе позволить вывалить на всеобщее обозрение тексты, в которых содержится его Ци [9].

Каждое чтение такого заговора потребует восполнения содержащейся в тексте энергии Ци. Если напечатать такой заговор в книге, он очень быстро иссякнет с энергетической точки зрения и перестанет работать. Заговоры же, предназначенные для целей нападения, наоборот, могут начать забирать жизненную энергию у читающих. Специалистам известно о существовании заговоров, работающих по принципу вирусов-троянцев. Т.е. специалист может создавать (и распространять) заговоры, настоящей задачей которых является отъем жизненной энергии у использующих текст заговора. При этом внешне такие заговоры могут выглядеть вполне обычно и даже безобидно.

Вывод первый – широкое распространение собственных целительных заговоров, заговоров от болезней является ошибкой и глупостью, на которые нормальный целитель никогда не пойдет.

Вывод второй – распространение заговоров нападения или принуждения может представлять собой как своего рода плату специалиста темным силам за помощь, т.е. распространие зла в обмен на помощь в нападении, так и «троянского коня» – структуру, призванную забирать у читающих заговор жизненную энергию Ци. Никакой другой мотивации распространения таких заговоров не усматривается, согласитесь. Нападающие специалисты тоже не расположены делиться с кем-то собственным опытом «на халяву».

Кто-то скажет: откуда же тогда в последнее время появилось столько разных заговоров от «сибирских целительниц» и не только? Все просто – огромный спрос на подобную литературу рождает предложение. Издательские дома соревнуются как в количестве «открытых» ими «сибирских целительниц» и «родовых колдунов», так и тиражами.

К работе по составлению сборников подключают этнографов и лингвистов. Они шерстят областные библиотеки и архивы, выуживая пыльные рукописи и дореволюционные издания. Большое количество рукописей были собраны в свое время еще советскими специалистами, и долго лежали на полках невостребованными.

Кроме того, существуют некоторые правила составления заговоров, которые узкому кругу специалистов хорошо известны. Для человека, знающего эти правила и хорошо знакомого с родным языком, создать новый заговор несложная задача. Тем более, если нет необходимости гарантировать его работу и применять на практике.

Например, составляем простой заговор «для защиты в дороге».

Я раба Божия (Имя) тёмно встаю.

Очи ясны узриша Зарю.

Ярило мне дорогу указывает,

Препоны и ямы на пути показывает.

Не будет милому (Имя) преград

Ни днем, ни ночью, ни спозаранку, ни в сумерках.

Слово мое сказано и нерушимо.

Ключ, Замок, Язык. Аминь.

Обратите внимание, что в тексте в одну кучу свалены и признаки христианства – «раб», и признаки язычества – «Ярило». Устаревшие слова, архаизмы, вставлены для пущего тумана. Вообще весь текст – довольно никчемный. Но нашей задачей ведь не было составление настоящего заговора. Потрачено ровно три минуты времени и только на набор слов.

Будет работать «заговор» как заговор или не будет, составителей книжек из серии «1000 новых заговоров» совершенно не интересует, поскольку им платят не за работоспособность заговоров, а за объем текста. Один квалифицированный составитель за месяц состряпает книжку толщиной в три пальца. Десять таких составителей за месяц выдадут целую стопку книг с «заговорами» высотой в полметра. Но толку от такого творчества в магическом смысле, понятное дело, не будет никакого. А это никого и не интересует – напечатали тираж, продали, готовим «издание второе, дополненное».

Следует ли в обычной жизни использовать заговоры, приведенные в книгах? Конечно, не следует. Во-первых, нет никакой гарантии, что вычитанный заговор является настоящим. Тем не менее, сам факт чтения даже неработающего, «пустого» заговора для получения чего-то является магическим действом, поскольку тот кто читает должен верить. Иначе или не получится, или будет еще хуже. Во-вторых, чтение заговора накладывает на читающего особую ответственность, о которой упоминалось в предыдущей главе.

Примечания

1. Отреченные книги – первоначально так называли книги, связанные с дохристианскими верованиями – рукописные волховники, чаровники. Впоследствии, после никоновской реформы «отреченными», т.е. запрещенными, стали называть любые книги и рукописи, идущие вразрез с официальной позицией Церкви.

2. Евангелие (греч. – «благая весть») жизнеописание Иисуса Христа. Наиболее ранними источниками, упоминающими четыре канонические Евангелия, являются Апостольские правила (IV век) и деяния Лаодикийского собора (364 год). В этих сочинениях по именам авторов называются четыре Евангелия: Матфея, Марка, Луки и Иоанна. Мало кто знает, что эти тексты исходно были анонимными и авторство каждого Евангелия было просто приписано тому или иному автору только в начале второго века нашей эры. Достоверность этого допущения до сих пор основательно не доказана, поэтому текст, который все привыкли считать Евангелием от Матфея, на самом деле вполне мог принадлежать, например, Иоанну, и наоборот.

3. Синопсис – издание параллельными столбцами. По такому тексту было удобно следить за сходством и отличиями в текстах. Известно, что Евангельских текстах, несмотря на многочисленную богословскую правку, существуют некоторые различия. С конца II века н. э. для указания на то, что различия между Евангелиями не нарушают единства христианского вероучения, священномученик Ириней Лионский говорит о них, как о едином Евангелии, данном христианам в четырех видах.

4. Евангелие от Иуды – (Кодекс Чакос) древний египетский папирус на коптском языке, содержащий ранние христианские гностические тексты, датируемые приблизительно III веком нашей эры. В Кодексе Чакос содержится первый из известных существующих экземпляров Евангелия от Иуды, текст, который был отвергнут как ересь в начале становления христианской церкви, и был найден спустя 1700 лет. Евангелие от Иуды упоминается и резюмируется отцом Иринеем Лионским в его работе по борьбе с ересью. Это доказывает, что само Евангелие Иуды старше Кодекса, т.е. было записано по некоторым данным как перевод с греческого во II веке. Таким образом получается, что текст этого Евангелия записан примерно в то же время, что и канонические евангельские тексты.

5. Тропарь – в православной церкви – краткое молитвенное песнопение, в котором раскрывается сущность праздника или прославляется священное лицо. Акафист – песнопение, «песнь, которую поют не садясь, стоя».

6. Молитва Богородице – основана на приветствии Архангела Гавриила Деве Марии в момент Благовещения (Лк. 1, 28–31; Мф. 1, 18–25). Молитва утвердилась в первые века христианства. Знаменитая «Ave, Maria» – это та же молитва на латыни.

7. Символ Веры – молитвенное обращение принято на Первом Вселенском соборе в Никее в 325 году. В 381 году он был расширен и дополнен Вторым Вселенским собором в Константинополе, после чего стал называться Никео-Константинопольским. Приведенная в статье редакция перевода на церковнославянский язык была принята Собором Русской Церкви в 1654 году. Обратите внимание, что редакция эта – дониконовская.

8. «Морфий» – фильм Алексея Балабанова (2008 г.) по сценарию Сергея Бодрова-младшего, написанного им по мотивам рассказов Михаила Булгакова «Записки юного врача» и «Морфий». В ролях: Леонид Бичевин,Ингеборга Дапкунайте, Светлана Письмиченко, Андрей Панин, Сергей Гармаш.

9. Ци (иногда чи или ки – яп.) – одна из основных категорий китайской философии, фундаментальная для китайской культуры, в том числе и для традиционной китайской медицины. Чаще всего определяется как «пневма», «эфир», «воздух», «дыхание», «энергия», «жизненная сила».

3 Апреля 2012 г.

© Суханов Валерий Юрьевич

Перейти к содержанию

Снятие оккультного негатива – сглаза, порчи, проклятия и прочего. Целительство.

© 2005 – 2017. Все материалы сайта являются авторскими. 18+

Оценка 4.7 проголосовавших: 18
ПОДЕЛИТЬСЯ

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here